РОЖДЕНИЕ УЗУН-СЫРТА
Монография - Были крылатой горы. Часть I

Виктор Владимирович Гончаренко

Все права на цикл рассказов "Были крылатой горы" принадлежат сыну В.В. Гончаренко Юрию Викторовичу Гончаренко.
Копирование, перепечатка и другое использование материалов возможно только при наличии разрешения владельца - Ю.В. Гончаренко

Когда я впервые увидел Узун-Сырт со стороны Коктебельской долины, в глаза невольно бросилась одна деталь: вдоль всей горы, примерно на половине ее высоты, тянется какая-то горизонтальная  линия, образованная едва заметным различием горных пород и  выбитой  щебенкой. Создавалось впечатление, что именно на этом уровне  когда-то  по склону горы ударяли морские волны...

Этого было достаточно, чтобы моя фантазия принялась рисовать картины первозданного мира. Я вообразил те давние времена - десятки  миллионов лет назад - когда нынешняя  суша  была  еще  морским  дном,  а теперешние Черное и Азовские моря сливались воедино с мировым океаном, в котором причудливо возвышались  острова и скалы, хребты и нагорья будущего Крыма. То было беспокойное для нашей планеты время, когда вся она еще дымилась вулканами и сотрясалась от постоянных землетрясений. Но, должно  быть, и тогда уже одна гора, возвышавшаяся над безбрежными водами, была особенно величава и грозна. Из ее вершины и боковых кратеров то и дело извергались клубы огня и дыма, а недра ее дрожали и гудели, словно внутри на полную мощность работали миллионы доменных печей. Время от времени они переполняли лавой чрево горы и тогда вулкан устраивал великолепный фейерверк. Ввысь летели раскаленные вулканические бомбы, а расплавленная жидкая лава, вырываясь из многочисленных кратеров, вязко ползла по голым черным склонам, нависала на карнизах дымящихся скал, текла огненной рекой в океан. Вода шипела и пузырилась, густые клубы пара окутали все окрест и поднимались на  немыслимую высоту.

На некотором удалении от грозного вулкана из моря выглядывала длинная гора, напоминавшая сказочную чудо-юдо-рыбу-кит, выплывшую посмотреть на сверкавшую огнем гору. Её огромная спина крутой дугой уходила к могучему хвосту, что торчал из океана в виде крутых вершин, похожих на гигантские плавники.

Я вообразил, как величественный вулкан, издавна считавший себя владыкой этих мест, увидев такое чудище, на минутку застыл от изумления: вот так драконище!

Но тут же спохватился: если это чудовище выползет из моря на его склоны, оно закупорит своей исполинской тушей все его огнедышащие кратеры и тогда не миновать беды. Лава и газы скопятся в его чреве настолько, что он не выдержит и взорвется.

Смекнув такое, грозный владыка рассвирепел еще пуще. Он собрал все свои силы, поднатужился и выстрелил из своего жерла в чудо-юдо-рыбу-кит огромной вулканической бомбой, величиной с небольшую гору. Описав огненную дугу, бомба обрушилась на голову морского чудовища. Удар был настолько мощным, что земля задрожала, а огромные волны всплеска докатились до гор Кавказа и Турции, смывая все на своем пути. Морское чудовище забилось в предсмертных конвульсиях, а вулкан-владыка так захохотал на радостях от своей удачи, что с соседних гор в море посыпались огромные камни.

Но вот все затихло. Вулкан успокоился. Разошлась над ним черная туча, сверкнули лучи солнца и осветили огромное чудовище, которое навсегда застыло неподалеку от вулкана. О его бока свирепо били морские волны, закостенел над водой высокими плавниками-скалами "хвост", а наполовину раздробленная голова так навечно и осталась повернутой в немом удивлении на черную гору Вулкана-владыки...

Прошли миллионы лет. Чудо-юдо-рыба-кит окаменела, да и грозный некогда вулкан постарел, потерял свою былую силу. Море тоже устало от вечной борьбы с сушей и отступило под ее напором. Вот тут-то и появился из-под воды большой полуостров, окруженный со всех сторон морем, только в одном месте, на севере, связанный с большой сушей узеньким перешейком. Это была красивая и плодородная земля, ласковая и солнечная. Первобытные люди облюбовали ее и поселились на ней издавна. Археологи и поныне находят в Крыму следы их стоянок. Нашли они их и в Коктебельской  долине, у подножия некогда грозного, а теперь давным-давно потухшего вулкана, который с незапамятных времен называется Кара-Даг, что означает Черная гора...

Вот такую я представил историю, глядя на линию прибоя на горе.  Видно, не одному мне приходила в голову такая фантазия, потому что Узун-Сырт в переводе с тюркского означает  Длинная спина. На целых восемь километров протянулась она над Коктебельской долиной. Южный ее "бок" возвышается над зелеными виноградниками метров на двести, а северный - более полого скатывается в степную равнину, уходящую к самому Азовскому морю. Остался у чудовища и "хвост" - горбатые склоны гор, берущие начало у самого моря. А вот "голова" уцелела только наполовину. Там, где мощная спина Узун-Сырта плавно загибается на северо-западе влево, она возвышается разрушенной горой Коклюк, круто обрывающейся в сторону Кара-Дага хаосом скал, вертикальных столбов и огромных валунов.  Впечатление такое, что ее и впрямь размозжил когда-то могучий великан...

Не удивляйтесь, что я столько нафантазировал. Очутившись в Коктебеле впервые, даже самые сухие и скучные люди вдруг начинают чувствовать себя поэтами и сказочниками. Таков этот край. Природа здесь удивительно своеобразна, пейзажи фантастичны и диковаты, а голубой залив моря, врезающийся в выжженную солнцем землю, настраивает своей вечно шумящей волной на философские раздумья.

Еще сто лет тому назад Коктебель был глухим уголком Крыма. На месте нынешнего оживленного курортного городка возвышалось всего несколько десятков глинобитных татарских лачуг.

Эта, не по-южному суровая красота природы, издавна привлекала к Коктебелю романтиков и мечтателей. Знаменитый художник-маринист Иван Константинович Айвазовский, написавший за свою жизнь более шести тысяч картин о море и морских сражениях, не раз наезжал сюда из Феодосии на  дрожках по тряской разбитой дороге. Он писал голубой залив и скалы Кара-Дага. Айвазовский восхищался буйной фантазией природы, создавшей среди гор и крутых скал длинную плоскую гору Узун-Сырт, у "хвоста" которой и переваливала в Коктебельскую долину дорога, идущая из Феодосии в Коктебель и дальше, на Отузы и Судак.

Иногда в эти поездки Айвазовский брал с собой любимого внука  Костика, маленького, смышленого и подвижного мальчика. Костик тоже очень любил рисовать. Знаменитый художник думал, что маленький Костя пойдет по его стопам и станет живописцем, ведь способности у мальчика отменные. Разве мог тогда предполагать старый художник, что его внук Константин Константинович Арцеулов полюбит совершенно другую стихию? Не море, а небо. И станет прославленным летчиком и планеристом? Да и сам Костик тогда не предполагал, конечно, что первым в России поднимется над Узун-Сыртом на утлых крыльях планера собственной конструкции и что с этого полета начнется новая слава Коктебеля.

Но об этом позже.

Давайте еще раз прислушаемся, о чем шумит седой ковыль на Узун-Сырте, что нам рассказывает старая гора.

 

Федерация СЛА

Фотогалерея

Знаете ли Вы, что...

Настоящий дельтапланерист должен быть жадным - всего должно быть побольше: скорости, высоты, посадочной площадки.

Кто здесь?

Сейчас 102 гостей онлайн

Статистика

Просмотры материалов : 1240623
| статьи