ШУЛЬЦ БЕРЕТ РЕВАНШ
Монография - Были крылатой горы. Часть II

Виктор Владимирович Гончаренко

Все права на книгу "Были крылатой горы" принадлежат сыну В.В. Гончаренко Юрию Викторовичу Гончаренко.
Копирование, перепечатка и другое использование материалов возможно только при наличии разрешения владельца - Ю.В. Гончаренко

На следующий день немцы появились на горе чуть-ли не с восходом солнца. Они приехали из гостиницы на автобусе и сразу кинулись в свой ангар к планерам.

Андрей Юмашев, молодой пилот и конструктор планера из Киева, которому тоже не спалось от ярких впечатлений вчерашнего полета Яковчука, выглянул на шум из палатки и, заметив такую же бессонницу немецкой команды, рассмеялся.

- Ты чего? - спросонья пробормотал Яковчук,

- Константин Николаевич, что вы наделали своим вчерашним полетом? Немцам спать не дали! Ни свет, ни заря - уже примчались, к полетам готовятся. Не иначе, как Шульц ваш рекорд перебивать собирается...

Сон, как рукой сняло! Яковчук в одних трусах выскочил из палатки и, поеживаясь от утренней прохлады, протянул с удивлением:

- Верно! Готовятся... Ишь, как Шульц мечется!

- А вы, что же? - выскочил следом Юмашев, - Хуже его?.. Да мы с ребятами вас с первым дуновением ветра запустим с южного склона. И пусть тогда Шульц гоняется за вами!

Яковчук поглядел на Юмашева и на какое-то время откровенно залюбовался им. Бывают же на свете такие красивые люди! Высокий, стройный, крепко сбитый, с открытым загорелым лицом, на котором то и дело вспыхивала белозубая улыбка, при которой на щеках появлялись пухлые, как у ребенка ямочки, он был весь устремлен вперед, заряжен энергией, как динамитом. "Ему бы в кино сниматься, - подумал Яковчук, - а он ничего кроме полетов больше и знать не хочет".

- Ну так что? - кивнул на ангар Юмашев, - Пошли?

- Ничего у меня сегодня не выйдет! - с сожалением вздохнул Яковчук, - После вчерашнего надо тщательно осмотреть планер, проверить тяги рулей, подтянуть тендера... Одним словом, у меня сегодня день матчасти. А ты, Андрей, давай, тащи свой Ю-1 на старт!

- Да куда мне с Шульцем тягаться! - смутился Юмашев, - Я против него пока еще как воробей против орла. Всего лишь начинающий планерист. Хотите, я уступлю вам свой планер! - предложил он неожиданно.

- Нет, так не годится! - решительно сказал Яковчук, - Я-то знаю каково соколу сидеть на земле, когда другие летают... Лети сам!

- Да какой же я сокол? - опять смутился и покраснел, как красная девица, Юмашев, - Летите!

- Да ты не прибедняйся! - пробасил Яковчук, - Кстати, вот что я тебе посоветую. Займись сегодня основательной регулировкой своего планера и тренировочными полетами. А заодно - и с немцев глаз не спускай. Что ни говори, а летают они здорово. И опыта у них куда побольше нашего! Вот и приглядывайся к ним, смотри, как летают, и на ус наматывай! Я тоже у них на Вассеркупе кое-чему научился. И ничего, хуже не стал. Вроде на пользу пошло... Вообще, запомни, учиться ни у кого не зазорно, и у друзей, и у врагов. Лишь бы польза была от этого нашей авиации. Глядишь, и ты для себя что-то полезное ухватишь. Понял?

- Что ж тут не понимать? - разочарованно ответил Юмашев, сбавляя свой запал, которому Яковчук не дал разгореться. И чтобы хоть как-то успокоить свой молодой порыв, принялся забавляться двухпудовой гирей, что лежала у порога палатки.

...Да, Яковчук был прав: немцы были сильны. Юмашев, колдуя над своим планером, видел, как взлетел раньше других Шульц, как уверенно ходил он вдоль склона "восьмерками" и держался значительно выше других, как бы демонстрируя высокое качество своего планера, у которого снижение было меньше, чем у других аппаратов. Это давало Шульцу бесспорное преимущество перед нашими самоделками. Ясно, что когда "южак" начнет слабеть, наши не удержатся и пойдут на посадку, а Шульц будет висеть над склоном даже при слабом дыхании ветра...

Так оно и получилось.

Вечером Шульц приземлился последним. Он продержался в воздухе без посадки 12 часов 6 минут. Это был новый мировой рекорд продолжительности полета. Немцы ликовали.

- Поздравляю! - подошел к Шульцу Яковчук, - Очень хороший полет, замечательное достижение!

- О! Это не меня надо поздравлять, - скромничал Шульц, не скрывая однако, своей радости, - Надо поздравлять Узун-Сырт. Какая гора!

- Константин Николаевич! -  окликнул Яковчука подбежавший и явно взволнованный Юмашев, - Еще одна новость! Слыхали? Я сейчас из штаба. Там пришло от Неринга телеграмма. Он пролетел 124 километра!

- Вот как! - озадаченно остановился Яковчук, - Как же это ему удалось? Ведь длина Узун-Сырта всего 8 километров...

Действительно, как? Целый день все следили в основном за полетами Шульца и никто не обратил особого внимания на то, как второй опытный планерист из немецкой команды, Неринг, набрав над склоном довольно большую высоту, вдруг устремился от горы в крымскую степь.

- Наверно хочет сесть на равнине, - предложил кто-то. Все знали, что оторвавшись от восходящего потока ветра вдоль горы, планер, как бы потеряв подпору, словно санки с горы, пойдет на снижение. С такой высоты далеко не улетишь, от силы 4 - 5 километров. Потом обратно придется тащить его на гору на буксире за лошадями. Удовольствие не из приятных...

Вот так, бегло обменявшись впечатлениями, о Неринге тут же забыли. А он, оказывается, покрыл невиданное расстояние, отмахал целых 124 километра, установив новый мировой рекорд. Как же это ему удалось?

- Друзья, что задумались? - подошел всегда внимательный и приветливый Константин Константинович Арцеулов.

- Да вот обсуждаем успехи немцев, - озадаченно ответил Яковчук, - Слыхали про Неринга? 

- Да, я только-что из штаба. Там все тоже удивлены.

- Как он ухитрился? - недоумевал Яковчук.

- Я у него завтра расспрошу! - горячился Юмашев, - Как только он возвратится, так и расспрошу.

- Так он тебе и расскажет! - криво ухмыльнулся Яковчук, - Держи карман шире!

- А почему не расскажет? - простодушно удивился Юмашев, - Мы же от них ничего не таим? Вот Константин Константинович вчера Шульцу сам рассказывал как надо парить над Узун-Сыртом, раскрывал его особенности.

- Дорогой Андрюша, не расскажет! - уверенно поддержал Яковчука Арцеулов, - Это люди из совсем другого мира. У них и психология совсем другая, чем у нас. Этот Неринг, уверяю вас, свою тайну за семью печатями держит. Мы были в Германии, знаем. В капиталистическом мире все на выгоде построено. Зачем этому Нерингу иметь лишних конкурентов.

- А обмен опытом? - с душевной доверчивостью уставился на Арцеулова Юмашев, - А спортивная честность?

- Эх, Андрюша, какой вы еще молодой и наивный человек! Не обижайтесь только. Это очень хорошо, что вы такой. Вот я сегодня на киевском планере летал - КПИ-4. Хорошая машина. Говорят, что и вы Яковчуку свой планер предлагали. А у них, - кивнул Арцеулов в сторону немецкого ангара, - не так. Впрочем, я наблюдал сегодня за Нерингом. Набрал я триста сорок метров высоты...

- Триста сорок? - не удержался Юмашев, - Вот здорово! Это новый всесоюзный рекорд! Поздравляю вас, Константин Константинович!

- Спасибо! Но я не о том... Так вот Неринг был выше меня метров на сто. И я не смог его достать. Качество немецких планеров пока выше наших. Но все равно с такой высоты он не мог так далеко улететь. Пусть пять-шесть, ну семь километров. Но не сто двадцать четыре!

- Да, многовато! - согласился Яковчук, - Отличный результат!

- Так вот я давно догадываюсь, что кроме динамических потоков ветра вдоль склонов гор, существуют еще какие-то источники восходящих потоков, действующие и на равнине. Я неоднократно в своих полетах на планерах и самолетах замечал, что какая-то неведомая сила вдруг начинает поднимать тебя вверх. Да и вы, наверное, это замечали?

- Точно, - сказал Яковчук, - в жаркие дни болтает особенно сильно.

- Не обязательно только в жаркие, - вспомнил Юмашев, - иногда и в прохладные дни так швыряет, что аж самолет трещит!

- Вот видите! - одобрительно продолжил Арцеулов, - Значит, существуют еще какие-то восходящие потоки, о которых в отличие от Неринга, мы пока еще ничего не знаем. Это и понятно. Мы только недавно начали летать на планерах и практически, кроме Узун-Сырта, больше нигде не летали. Значит, надо искать и изучать эти неизвестные нам потоки. А для этого надо смелее отрываться от горы, уходить на равнину и искать их там.

- Константин Константинович, вы очень верно говорите! - посмотрел на бескрайнюю степь за Узун-Сыртом Юмашев, - Я завтра же попытаюсь оторваться от горы! - и он улыбнулся своей обезоруживающей детской улыбкой с ямочками на щеках.

- Ну что ж, в добрый путь Андрюша! - сказал, словно благословил, Арцеулов. - Желаю вам удачного полета! 

 

Федерация СЛА

Фотогалерея

Знаете ли Вы, что...

Рекомендуется перед полетом осмотреть свой дельтаплан, чтобы не улететь на чужом

Кто здесь?

Сейчас 95 гостей онлайн

Статистика

Просмотры материалов : 1296701