ШУЛЬЦ БЕРЕТ РЕВАНШ
Монография - Были крылатой горы. Часть II

Виктор Владимирович Гончаренко

Все права на книгу "Были крылатой горы" принадлежат сыну В.В. Гончаренко Юрию Викторовичу Гончаренко.
Копирование, перепечатка и другое использование материалов возможно только при наличии разрешения владельца - Ю.В. Гончаренко

На следующий день немцы появились на горе чуть-ли не с восходом солнца. Они приехали из гостиницы на автобусе и сразу кинулись в свой ангар к планерам.

Андрей Юмашев, молодой пилот и конструктор планера из Киева, которому тоже не спалось от ярких впечатлений вчерашнего полета Яковчука, выглянул на шум из палатки и, заметив такую же бессонницу немецкой команды, рассмеялся.

- Ты чего? - спросонья пробормотал Яковчук,

- Константин Николаевич, что вы наделали своим вчерашним полетом? Немцам спать не дали! Ни свет, ни заря - уже примчались, к полетам готовятся. Не иначе, как Шульц ваш рекорд перебивать собирается...

Сон, как рукой сняло! Яковчук в одних трусах выскочил из палатки и, поеживаясь от утренней прохлады, протянул с удивлением:

- Верно! Готовятся... Ишь, как Шульц мечется!

- А вы, что же? - выскочил следом Юмашев, - Хуже его?.. Да мы с ребятами вас с первым дуновением ветра запустим с южного склона. И пусть тогда Шульц гоняется за вами!

Яковчук поглядел на Юмашева и на какое-то время откровенно залюбовался им. Бывают же на свете такие красивые люди! Высокий, стройный, крепко сбитый, с открытым загорелым лицом, на котором то и дело вспыхивала белозубая улыбка, при которой на щеках появлялись пухлые, как у ребенка ямочки, он был весь устремлен вперед, заряжен энергией, как динамитом. "Ему бы в кино сниматься, - подумал Яковчук, - а он ничего кроме полетов больше и знать не хочет".

- Ну так что? - кивнул на ангар Юмашев, - Пошли?

- Ничего у меня сегодня не выйдет! - с сожалением вздохнул Яковчук, - После вчерашнего надо тщательно осмотреть планер, проверить тяги рулей, подтянуть тендера... Одним словом, у меня сегодня день матчасти. А ты, Андрей, давай, тащи свой Ю-1 на старт!

- Да куда мне с Шульцем тягаться! - смутился Юмашев, - Я против него пока еще как воробей против орла. Всего лишь начинающий планерист. Хотите, я уступлю вам свой планер! - предложил он неожиданно.

- Нет, так не годится! - решительно сказал Яковчук, - Я-то знаю каково соколу сидеть на земле, когда другие летают... Лети сам!

- Да какой же я сокол? - опять смутился и покраснел, как красная девица, Юмашев, - Летите!

- Да ты не прибедняйся! - пробасил Яковчук, - Кстати, вот что я тебе посоветую. Займись сегодня основательной регулировкой своего планера и тренировочными полетами. А заодно - и с немцев глаз не спускай. Что ни говори, а летают они здорово. И опыта у них куда побольше нашего! Вот и приглядывайся к ним, смотри, как летают, и на ус наматывай! Я тоже у них на Вассеркупе кое-чему научился. И ничего, хуже не стал. Вроде на пользу пошло... Вообще, запомни, учиться ни у кого не зазорно, и у друзей, и у врагов. Лишь бы польза была от этого нашей авиации. Глядишь, и ты для себя что-то полезное ухватишь. Понял?

- Что ж тут не понимать? - разочарованно ответил Юмашев, сбавляя свой запал, которому Яковчук не дал разгореться. И чтобы хоть как-то успокоить свой молодой порыв, принялся забавляться двухпудовой гирей, что лежала у порога палатки.

...Да, Яковчук был прав: немцы были сильны. Юмашев, колдуя над своим планером, видел, как взлетел раньше других Шульц, как уверенно ходил он вдоль склона "восьмерками" и держался значительно выше других, как бы демонстрируя высокое качество своего планера, у которого снижение было меньше, чем у других аппаратов. Это давало Шульцу бесспорное преимущество перед нашими самоделками. Ясно, что когда "южак" начнет слабеть, наши не удержатся и пойдут на посадку, а Шульц будет висеть над склоном даже при слабом дыхании ветра...

Так оно и получилось.

Вечером Шульц приземлился последним. Он продержался в воздухе без посадки 12 часов 6 минут. Это был новый мировой рекорд продолжительности полета. Немцы ликовали.

- Поздравляю! - подошел к Шульцу Яковчук, - Очень хороший полет, замечательное достижение!

- О! Это не меня надо поздравлять, - скромничал Шульц, не скрывая однако, своей радости, - Надо поздравлять Узун-Сырт. Какая гора!

- Константин Николаевич! -  окликнул Яковчука подбежавший и явно взволнованный Юмашев, - Еще одна новость! Слыхали? Я сейчас из штаба. Там пришло от Неринга телеграмма. Он пролетел 124 километра!

- Вот как! - озадаченно остановился Яковчук, - Как же это ему удалось? Ведь длина Узун-Сырта всего 8 километров...

Действительно, как? Целый день все следили в основном за полетами Шульца и никто не обратил особого внимания на то, как второй опытный планерист из немецкой команды, Неринг, набрав над склоном довольно большую высоту, вдруг устремился от горы в крымскую степь.

- Наверно хочет сесть на равнине, - предложил кто-то. Все знали, что оторвавшись от восходящего потока ветра вдоль горы, планер, как бы потеряв подпору, словно санки с горы, пойдет на снижение. С такой высоты далеко не улетишь, от силы 4 - 5 километров. Потом обратно придется тащить его на гору на буксире за лошадями. Удовольствие не из приятных...

Вот так, бегло обменявшись впечатлениями, о Неринге тут же забыли. А он, оказывается, покрыл невиданное расстояние, отмахал целых 124 километра, установив новый мировой рекорд. Как же это ему удалось?

- Друзья, что задумались? - подошел всегда внимательный и приветливый Константин Константинович Арцеулов.

- Да вот обсуждаем успехи немцев, - озадаченно ответил Яковчук, - Слыхали про Неринга? 

- Да, я только-что из штаба. Там все тоже удивлены.

- Как он ухитрился? - недоумевал Яковчук.

- Я у него завтра расспрошу! - горячился Юмашев, - Как только он возвратится, так и расспрошу.

- Так он тебе и расскажет! - криво ухмыльнулся Яковчук, - Держи карман шире!

- А почему не расскажет? - простодушно удивился Юмашев, - Мы же от них ничего не таим? Вот Константин Константинович вчера Шульцу сам рассказывал как надо парить над Узун-Сыртом, раскрывал его особенности.

- Дорогой Андрюша, не расскажет! - уверенно поддержал Яковчука Арцеулов, - Это люди из совсем другого мира. У них и психология совсем другая, чем у нас. Этот Неринг, уверяю вас, свою тайну за семью печатями держит. Мы были в Германии, знаем. В капиталистическом мире все на выгоде построено. Зачем этому Нерингу иметь лишних конкурентов.

- А обмен опытом? - с душевной доверчивостью уставился на Арцеулова Юмашев, - А спортивная честность?

- Эх, Андрюша, какой вы еще молодой и наивный человек! Не обижайтесь только. Это очень хорошо, что вы такой. Вот я сегодня на киевском планере летал - КПИ-4. Хорошая машина. Говорят, что и вы Яковчуку свой планер предлагали. А у них, - кивнул Арцеулов в сторону немецкого ангара, - не так. Впрочем, я наблюдал сегодня за Нерингом. Набрал я триста сорок метров высоты...

- Триста сорок? - не удержался Юмашев, - Вот здорово! Это новый всесоюзный рекорд! Поздравляю вас, Константин Константинович!

- Спасибо! Но я не о том... Так вот Неринг был выше меня метров на сто. И я не смог его достать. Качество немецких планеров пока выше наших. Но все равно с такой высоты он не мог так далеко улететь. Пусть пять-шесть, ну семь километров. Но не сто двадцать четыре!

- Да, многовато! - согласился Яковчук, - Отличный результат!

- Так вот я давно догадываюсь, что кроме динамических потоков ветра вдоль склонов гор, существуют еще какие-то источники восходящих потоков, действующие и на равнине. Я неоднократно в своих полетах на планерах и самолетах замечал, что какая-то неведомая сила вдруг начинает поднимать тебя вверх. Да и вы, наверное, это замечали?

- Точно, - сказал Яковчук, - в жаркие дни болтает особенно сильно.

- Не обязательно только в жаркие, - вспомнил Юмашев, - иногда и в прохладные дни так швыряет, что аж самолет трещит!

- Вот видите! - одобрительно продолжил Арцеулов, - Значит, существуют еще какие-то восходящие потоки, о которых в отличие от Неринга, мы пока еще ничего не знаем. Это и понятно. Мы только недавно начали летать на планерах и практически, кроме Узун-Сырта, больше нигде не летали. Значит, надо искать и изучать эти неизвестные нам потоки. А для этого надо смелее отрываться от горы, уходить на равнину и искать их там.

- Константин Константинович, вы очень верно говорите! - посмотрел на бескрайнюю степь за Узун-Сыртом Юмашев, - Я завтра же попытаюсь оторваться от горы! - и он улыбнулся своей обезоруживающей детской улыбкой с ямочками на щеках.

- Ну что ж, в добрый путь Андрюша! - сказал, словно благословил, Арцеулов. - Желаю вам удачного полета! 

 

Федерация СЛА

Фотогалерея

Знаете ли Вы, что...

Перед полетом нужно прицепить дельтаплан к подвеске, чтобы не забыть его на старте.

Кто здесь?

Сейчас 131 гостей онлайн

Статистика

Просмотры материалов : 1256916