ТЯНЕТ, КАК В ТРУБУ!
Монография - Были крылатой горы. Часть III

Виктор Владимирович Гончаренко

Все права на книгу "Были крылатой горы" принадлежат сыну В.В. Гончаренко Юрию Викторовичу Гончаренко.
Копирование, перепечатка и другое использование материалов возможно только при наличии разрешения владельца - Ю.В. Гончаренко

Не успели улечься страсти вокруг буксировочных полетов и тех возможностей, которые они открывают для планеристов, как вдруг новая сенсация: молодой паритель Семен Гавриш, только в прошлом году окончивший Высшую планерную школу, утер всем нос и установил новый мировой рекорд высоты полета - 2330 метров!

Давно ли мерили высоту десятками метров над склоном горы и вот, на тебе - прямо-таки планерная стратосфера!

- Сеня, как это тебе удалось? - донимают Гавриша любопытные, полагая, что он, как «местный», то есть до школы - феодосийский шофер, знает какой-то никому неведомый секрет.

- Братцы! - ухмыляется добродушно Гавриш, - Да какой там «секрет». Слетайте - убедитесь сами: тянет, как в трубу. А что тянет - не знаю. Вверху, правда, было какое-то облачко, но не кучевое, а так себе, сопля какая-то. Вот я и вымахал на две с лишним тысячи.

- А выше?

- А выше, братцы, не потянуло, наверное труба кончилась.

Весть о какой-то таинственной воздушной «трубе» Сени Гавриша заинтриговала всех. Даже начальник техчасти конструктор Олег Антонов не выдержал и попросился слетать на своем новом учебном парителе, который так и назывался «Упар». И что? Посмотрите, еле виднеется в высоте. Правда, до рекорда Сени Гавриша ему далеко, но высоты у «Упара» метров тысячу. Коллега Антонова Борис Николаевич Шереметев торжествующе показывает длинной рукой в небо и басит в сторону молодых планеристов, вечных шутников:

- Вот видите, Олег Константинович на какую высоту забрался? А вы говорите, что у конструкторов летного таланта нету!...

Но шутки шутками, а «труба» взбудоражила всех. Целую неделю только и разговора о ней. Так высоко планеры не летали еще ни на одном слете, хотя  попытки «прощупать» высоту производились постоянно.

Антонов сел и говорит, что видел двухместный Е-3 конструктора Емельянова метров на 1000 выше себя. Подошел под него снизу, но никакой «трубы» уже не было. Видимо кончилась, и Антонов не успел в нее попасть.

Вспомнили, что на Е-3 с пассажиром полетел саратовский планерист Анатолий Плесков. Да вот и он. Снижается, заходит на посадку, приземляется и вылазит из планера весь посиневший, замерз. Сразу видно, что человек с большой высоты спустился:

- Сколько? - спрашивают нетерпеливые.

- Тысячу девятьсот сорок пять метров по высотомеру было! - отвечает.

- Ого! Да это же новый мировой рекорд для двухместных планеров! Вот так труба! Здорово тянуло?

- По пять-шесть метров в секунду устойчиво. Ветер на высоте сильный. Развернешься носом против него, планер почти на месте стоит, только чувствуешь, как вверх тебя тащит, словно на невидимом лифте!

- Точно! - подтверждает Антонов, - И у меня такое впечатление было.

- Где же ее искать, эту трубу? - не унимаются неудачники, которым так и не удалось нащупать невидимый таинственный поток.

- А кто его знает? - пожимает плечами Плесков, - Никаких видимых признаков не было. Я случайно в эту трубу попал. Вижу - подъем, ну я и развернулся против ветра. А вот Олег Константинович немного позже подошел, его не подхватило...

- А что скажет по этому поводу наш ветродуй?

Все обернулись к синоптику Бердоносову, общительному метеорологу, назначенному впервые на слет и внимательно ко всему присматривавшемуся. По утрам он измерял силу ветра над горой, записывал температуру, знакомил планеристов с картой погоды, которую привозили с метеостанции в Феодосии и которая всегда была устаревшей часов на шесть. Синоптика сразу же прозвали ветродуем и за его не точную науку относились к нему с дружелюбной иронией, а саратовцы даже сочинили на него частушку и спели под свою гармонь с колокольчиками:

Наш синоптик Бердонос

Точный нам дает прогноз:

Либо дождик, либо снег

Либо будет, либо нет!

Надо отдать синоптику должное по части восприятия юмора. Он хохотал, вытирал платочком слезы, нисколько не обижался на саратовцев, но прогнозы его после этого точнее не стали.

- Видите ли, товарищи, - посмотрел вверх Бердоносов, где уже ничего, кроме вечернего неба, не было видно. - Наша наука метеорология еще совсем молодая и в ней много тайн, которые сегодня метеорологи еще не могут объяснить. А тем более метеорология для планеристов. Ее еще по сути дела нет, здесь все еще впереди, надо изучать и исследовать, систематизировать материал. Я сам интересуюсь этой вашей трубой, пытаюсь понять, что это за феномен природы. Завтра попытаюсь с кем-нибудь из вас слетать сам на поиски трубы. Может что-то прояснится.

Увы, на следующий день таинственная труба исчезла. Как не бороздили планеристы небо вокруг горы, выше обычных 300-350 метров над склоном не тянуло.

Казалось бы, на этом случае можно было поставить точку: ну выдались какие-то исключительные дни, когда термические потоки над склоном  в силу каких-то особых благоприятных параметров в атмосфере действовали на большую высоту. Однако дотошный Бердоносов год за годом собирал все новые факты полетов в «трубе». Она появлялась и в последующие годы, но очень редко. Он пришел к выводу, что это не какая-то там «труба», как говорили планеристы, а совершенно иной, пока еще не исследованный вид энергии воздушного океана, который сулил планеристам новые, невиданные возможности высотных полетов.

Великая Отечественная война помешала Бердоносову закончить свои исследования. Но слухи о «трубе», о каких-то непонятных, почти прозрачных облачках, сопровождающих эту «трубу» при сильных ветрах, стали известны планеристам всего мира, привлекли их внимание к неизвестному явлению природы. Старый добрый Узун-Сырт как бы приоткрывал завесу над еще одной тайной атмосферы и это уже не его вина, что исследования были прерваны страшной войной.

Но в других странах, и в частности в США, планеристы вместе с метеорологами продолжали искать «трубу». В пятидесятые годы был разгадан этот феномен природы, который получил название волновых потоков. То, о чем лишь догадывался Бердоносов, было подтверждено на практике. В горах, во время сильных ветров, кроме потоков обтекания иногда могут возникать колебания атмосферы, распространяющиеся на огромную высоту, до 10 - 15 и даже 20 километров! Но это возможно лишь в том случае, если над хребтом горы располагается более теплый слой воздуха, чем у земли, или, как говорят метеорологи, слой инверсии. В жарком Крыму даже осенью инверсия возникала очень редко. При возникновении волновых потоков в небе появляются специфические чечевицеобразные облака, которые даже в сильный ветер стоят на месте, потому что образуются они только на гребне стоячей воздушной волны.

Не трудно себе представить, что если на планере попасть в восходящий гребень такой волны и все время держаться на нем, то можно подняться на огромную высоту.

Сейчас во всем мире планеристы «охотятся» в горах за волновыми потоками и поднимаются в них без мотора, без капли бензина, в стратосферу.

Советский планерист Олег Пасечник в 1973 году в Болгарии над горой Витоша поднялся на высоту 10 500 метров. Но мировой рекорд высоты полета еще выше. Он принадлежит американскому планеристу Паулю Байклу и равняется 14 102 метрам! Вот вам и «труба»!

Но и это не предел. Когда появятся специальные высотные планеры с герметическими кабинами, планеристы наверняка будут летать на высотах где-то около двадцати километров, а может и выше.

 

Федерация СЛА

Фотогалерея

Знаете ли Вы, что...

Чтобы проверить силу ветра, не обязательно собирать свой дельтаплан - чайников на горе хватает без Вас.

Кто здесь?

Сейчас 57 гостей онлайн

Статистика

Просмотры материалов : 1256841